ООО НПП «Универсал Прибор». Умеренный оптимизм и уверенность в собственных силах


В 2024 г. компании исполняется 29 лет. По человеческим меркам — возраст расцвета, когда много сил и желаний, по меркам российского рынка электроники — солидный возраст и мудрость. Вот такое удачное сочетание и позволяет компании быть лидером рынка. Мы уверены, что интервью с генеральным директором ООО НПП «Универсал Прибор» Арменом Аветисяном заинтересует читателей. В нем вы не найдете безудержного оптимизма и эпитетов в превосходной степени, только трезвый взгляд на вещи и спокойная уверенность в будущем, несмотря на все превратности дня сегодняшнего.

За последние два года на российском рынке наблюдаются заметные изменения: ушли многие известные компании, их сменили новые, менее известные или вовсе неизвестные. Можно ли считать, что переходный процесс закончен и теперь рынок находится в устойчивом состоянии? Речь идет, разумеется, о тех сегментах, в которых работает компания.

Еще рано говорить об устойчивости рынка. Ушли хорошо известные компании, с которыми было налажено взаимодействие, появились новые неизвестные или малоизвестные нам компании. Понадобится время, чтобы присмотреться к ним, понять,насколько они надежны, и сможем ли мы с ними работать. За 1,5–2 года невозможно ответить на все эти вопросы. Особенно если речь идет о китайских компаниях: их очень много, они производят огромный спектр оборудования, которое при близком ознакомлении оказывается всего лишь OEM-, а не конструктивно и функционально законченным продуктом.

Кроме того, надо оценить добротность предлагаемого оборудования. Оно может отлично отработать год, а потом буквально развалиться. Нам же нужно выбрать производителей, чья продукция будет стабильно функционировать в течение всего запланированного срока службы. Следует также классифицировать оборудование: эконом, средний, хай-тек. Для надежности поставок по каждому из классов необходимо иметь оборудование нескольких производителей. Я бы сказал, что на становление рынка уйдет примерно 10 лет, а более-менее устойчивое состояние он приобретет никак не раньше чем через 3–5 лет. Еще одна проблема заключается в том, что часть оборудования требуется доработать для российского рынка — в основном, речь идет о ПО, а китайские компании, в отличие от европейских коллег, не всегда готовы предоставить подобные услуги. Хотя нельзя не отметить, что с некоторыми предприятиями, выпускающими качественную продукцию, мы нашли общий язык и наладили сотрудничество. Сегодняшняя ситуация в чем-то напоминает 1990 гг. Вспомните, сколько брендов вышло на российский рынок, но лишь относительно небольшая их часть смогла на нем закрепиться.

Насколько ощутимы были изменения рынка для «Универсал Прибора», появились ли новые партнеры, новые клиенты?

Конечно, есть новые партнеры. О причинах их появления я уже говорил. Добавлю, что для расширения линейки поставок мы начали работу с китайскими производителями заблаговременно, несколько лет назад, поэтому нельзя сказать, что мы оказались абсолютно не готовы к нынешним изменениям рынка. Тем не менее продолжаем поиск новых интересных производителей, в том числе в Китае.

В ближайшее время у нас запланировано несколько деловых поездок в Китай. Появились и новые клиенты, но гораздо больше компаний возобновило с нами сотрудничество после паузы длительностью 3–10 лет. В настоящее время в России огромное количество заводов и лабораторий с оборудованием 40–50-летней давности. Они получили финансирование и смогли дооснастить и модернизировать свое сборочно-монтажное производство до современного уровня.

 

 Похоже, дефицит кадров становится серьезной проблемой для экономики России. Вы согласны с этим утверждением? Насколько он ощутим для компании?

Да, кадры — общероссийская проблема. И наша компания не исключение. К сожалению, на рынке труда практически невозможно найти опытного профессионала, а потому мы вынуждены сами готовить сотрудников; иногда приходится обучать их едва ли не с нуля. На протяжении последних десятилетий подготовка технически грамотных специалистов не была поставлена во главу угла, престиж инженера оказался невысок.                          В нынешней России высококвалифицированные инженеры буквально на вес золота. За них держатся руками и ногами, поэтому единственный верный путь — подготовка кадров своими силами.

 

Некоторые компании организуют собственную кузницу кадров в том или ином виде, привлекая студентов к прохождению практики на собственном предприятии. Нет ли у вашей компании желания сделать что-то подобное?

В этом году мы совместно с Санкт-Петербургской ассоциацией предприятий радиоэлектроники начали разработку про-граммы, в рамках которой студенты петербургских колледжей и техникумов смогут посещать наш демозал, чтобы  ознакомиться с оборудованием на практике. Наши специалисты будут демонстрировать студентам работу оборудования, рассказывать об особенностях технологических процессов.

 

Мы надеемся, что этот шаг будет успешным, способствовать развитию отрасли и привлечению новых специалистов. Как изменилась география поставок оборудования за последние два года?

Практически ничего не изменилось.По-прежнему мы поставляем свое оборудование на рынки России и Беларуси. В каких-то регионах увеличилось количество клиентов, но принципиально ничего нового не произошло.

Как вы оцениваете динамику своего сегмента рынка за последние два года?

Если мы говорим именно об объеме заказов, то рынок вырос кратно. Огромное количество проектов по переоснащению производства годами лежало на заводах и ожидало финансирования. Теперь в связи с оживлением программы импортозамещения у предприятий появились деньги,и они стали переоборудовать свои производства, так как без модернизации они не смогут справиться с изготовлением крупных партий изделий.

Следует отметить еще один аспект роста рынка. Компании научатся работать с большими объемами заказов, а их специалисты приобретут новые компетенции. Полученный опыт пригодится не только для ОПК, но и для гражданского рынка, для выпуска инновационной наукоемкой продукции.

 

Как российские производители, закупившие в свое время западное оборудование, решают вопросы с его обслуживанием и ремонтом?

С нашей помощью. Отечественные производители, приобретавшие западное оборудование, делали это через такие компании как «Универсал Прибор». Специалисты на этих предприятиях остались, они, как и раньше, решают вопросы с технической поддержкой. В случае ремонта, когда необходимы запчасти, проблема, конечно, сложнее. Тем не менее мы находим пути приобретения и доставки запчастей, хотя логистика, разумеется, усложнилась. Кроме того, с нами перестали взаимодействовать службы технической поддержки компаний, ушедших с рынка. Но нас выручает собственный опыт и знания наших инженеров.

 

Уже довольно давно Минпромторг ввел статус «Российский производитель», который дает определенные преимущества компании, им обладающей. Как вы полагаете, насколько эта идея поможет импортозамещению? Возможно ли получение такого статуса для компаний подобных «Универсал Прибору»?

Да, получение статуса «Российский производитель» возможно для таких компаний как наша. Скажу больше: у нас он имеется. Это поможет и уже сейчас частично помогает импортозамещению. Но правила предоставления данного статуса следует сделать более прозрачными и логичными. Надо помнить, что одинаковое название продуктов еще не означает схожесть их характеристик. Должны быть выработаны четкие и понятные критерии, ведь в этих правилах слишком много бюрократии. Требуется представить множество документов, причем у них ограниченный срок действия. Пока подготавливаются одни документы, другие уже устаревают. Получается бег по кругу с нулевым КПД. Мы можем предоставить полный список своей продукции с перечнем всех параметров, а также соответствующие документы. Готовы пригласить представителей Минпромторга к нам на производство, все показать и ответить на интересующие вопросы.

 

Многие российские компании оказались в трудном положении и надеются на господдержку. Насколько эффективным может быть такое содействие, поможет ли оно компаниям, или спасение утопающих — дело рук самих утопающих?

Прежде чем ответить на вопрос, надо разобраться, почему та или иная компания попала в трудное положение? Если причина в неэффективном управлении, требуется изменить его стратегию, а потом уже думать о поддержке. Если причина в изменениях рынка, происходящих сегодня, то господдержка, безусловно, пригодится. Но это не обязательно прямое финансирование. Например, для компаний, подобных нашей, занимающейся дистрибьюцией, достаточно, чтобы у российских предприятий были средства для закупки оборудования. Нам не нужны субсидии, а вот компаниям-разработчикам они необходимы. Продукцию ушедших зарубежных фирм должны заместить отечественные предприятия, и их, конечно, надо финансировать, иначе немало сегментов рынка окажутся не заполненными.

 

Параллельный импорт — панацея или паллиатив? Он помогает восстановлению отечественной электроники или, напротив, сдерживает ее развитие?

Сегодня параллельный импорт — жизненная необходимость. Невозможно за 1–2 года заместить продукцию, которая в других странах разрабатывалась и доводилась до ума продолжительное время. Нужны инженерные и научные традиции, квалифицированные опытные инженеры, производственные площадки, оснащенные самым современным оборудованием. Например, нам потребовалось в 5 раз увеличить объем выпуска климатических камер, но мы не были к этому готовы, пришлось срочно набирать и обучать новых сотрудников, искать новые производственные площади, налаживать технологические процессы. На все требуется время, и немалое, особенно если речь идет о сложной инновационной продукции. Если в данный момент убрать параллельный импорт — начнет выходить из строя действующее оборудование, а нового пока еще не будет.

 

Вы поставляете расходные материалы для монтажа плат – лаки, припои и т.д. Встречается ли контрафакт среди подобного рода материалов? Есть ли в компании входной контроль для них?

На сегодняшний день контрафакт и электронной продукции занимает второе место после лекарственных препаратов, что не удивительно. Если попытаться досконально разобраться в этом вопросе, мы снова возвратимся к разговору о выборе китайских партнеров. Наши специалисты тщательно изучают портфолио предполагаемого поставщика, отзывы на рынке о нем и, безусловно, обязательно посещают непосредственно само производство. Только после этого мы принимаем решение. Да, разумеется, входной контроль есть и на материалы, и на оснащение. Он осуществляется непосредственно при приемке товара на склад.

 

Вы не только поставляете оборудование, но и изготавливаете его. В частности, испытательные камеры и промышленную мебель. Расскажите о производстве — где оно находится, каков его объем, сколько человек работает, как осуществляется контроль качества выпускаемой продукции.

Производство — это наша гордость. Поставлять оборудование могут многие, а основать и развивать производство — совсем другая история и компетенции. Производство промышленной мебели, в том числе антистатической, было основано в 2006 г. Наша мебель — аналог финской Treston, официальным представителем которой мы являлись. С годами улучшалась конструкция, добавлялись новые серии выпускаемых изделий. Неизменным оставалось качество антистатических ДСП.

В отличие от большинства производителей подобной мебели, мы применяем немецкие полотна ДСП, в чей состав входит графит. Такое решение позволяет проходить любой самый строгий антистатический аудит. Кроме этого, такие столешницы имеют высокие прочностные характеристики: их сложно прожечь паяльником или поцарапать отверткой, они не подвержены отслоению или пузырению антистатического пластика.

Производство испытательного оборудования — это высокотехнологичное подразделение, в котором трудятся профессионалы своего дела. Отличительная особенность —полный технологический цикл производства своим инженерным составом: от прототипа и разработки до собственного программного обеспечения и отладки оборудования. Основано производство было в 2011 г., и с тех пор накоплен большой опыт в реализации самых разных проектов. Камеры глубокого вакуума, или, как их иногда называют, «имитаторы космоса» — наш отдельный конек. Мы стали одной из первых частных компаний в России, кто выпускал такого типа камеры, и за прошедшие годы развили свои компетенции.

По некоторым технологиям, применяемым в оборудовании, находимся на несколько шагов впереди конкурентов. На каждом этапе производства проводится контроль качества своими силами, а итог каждого проекта — независимая аттестация аккредитованной компанией по гражданскому или военному ГОСТу с самыми строгими критериями по техническим характеристикам. На производствах трудятся порядка 50 человек, имеется своя сервисная служба. Оба подразделения находятся на современной площадке в Санкт-Петербурге.

Вы собираетесь расширить свое производство, открыв, например, площадки в Москве или других городах? Или нынешних мощностей вполне достаточно для покрытия существующего спроса?

 Расширяться, мы безусловно, планируем. Территориально это все же Санкт- Петербург. С точки зрения логистики, это менее затратно. Кроме того, гораздо удобнее контролировать все процессы, когда они осуществляются на единой площадке. В настоящее время мы находимся на этапе подбора новых производственных площадей и станков для их оснащения. Подробнее об этом мы расскажем в ближайшее время.

 

Горизонт планирования теперь весьма ограничен, но и не планировать развитие нельзя. Насколько, по вашему мнению, можно строить планы на будущее и определять деятельность компании?

Хочется планировать на десятилетия. Нужно планировать на 50 лет. Но в нынешней ситуации можем планировать только на 1–2 года. В идеальном случае стабильная, устойчивая компания имеет горизонт планирования пока 5–10 лет. Большая корпорация, у которой проекты расписаны на 10 лет вперед, может планировать будущее вплоть до 50 лет.

Пока я могу смотреть максимум на 1–2 года вперед. Нельзя предугадать, какой очередной пакет санкций мы получим через несколько месяцев. На наших глазах пишется новая глава истории. Нам требуется больше времени для выведения промышленности России на качественно новый уровень.

 

 

Оставьте отзыв

Ваш емейл адрес не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *